Гранатовое зернышко  - Мария Акулова

В принципе, ничего крамольного эти двое не обсуждали – пошутили пару раз о проходившей на улице компании девушек, напомнили Руслану, что у них на три другая встреча, прокомментировали одно ее предложение – вложиться в рекламу, чтоб событие стало более медийным, отпустив что-то вроде «дома от такой красотки пользы было бы больше, чем за переговорным столом»… Руслан на эту шуточку отреагировал хмыком, а Мир почему-то напрягся. Видимо, право шутить подобным образом считал исключительно своим. Но защищать ее женские права от посягателей как тигр тут же не рванул. А сама Амина давно поняла, что жизни не хватит отвечать на подобные заявления.

– Хорошо, qardaş¹⁰, по рукам, – Руслан встал первым, за ним Мир – протянул руку.

– Родным привет, – мужчины даже обнялись.

– И ты своим. Как решите Лалу сватать – обо мне не забудьте… – все четверо мужчин засмеялись.

– Мы подумаем.

– До свидания, – Амина вновь протянула руку каждому из мужчин, начав теперь уже не с Руслана.

Просидевшие с ней за одним столом около часа мужики заценить прелесть собеседницы успели, поэтому прощаясь, все норовили пожать руку подольше и на не идеальном русском сделать комплимент пограциозней. Амина это безобразие выдержала стойко, улыбаясь, а потом повернулась к Руслану.

– Приятно сотрудничать с профессионалами, – улыбнулась, протянула руку. К этому времени Мир с двумя Руслановыми коллегами отошел вперед, направляясь из кафе.

– И мне… Амина, – Руслан ответил тем же.

– А как ваша фамилия? Вы сказали…?

– Краевская, – голос не дрогнул. – А что?

– Да ничего, – Руслан вновь улыбнулся. На правой щеке появилась ямочка – как в детстве. – У меня в юности была знакомая – тоже Амина. Точнее не совсем Амина. Мы в Баку жили, поэтому Амине, – он произнес так, как могут произнести только на ее родине, делая сразу два ударения – на первом и последнем слоге, когда "А" становится больше похожей на "Э", как делал Мир. – Эмине Джафарова, или Джафарли, как сейчас говорят… Ну и вы похожи немного…

– Возможно, – Амина улыбнулась, пожимая плечами. Хотелось выдернуть ладонь и сбежать, а надо было держать себя в руках.

– Ну прямо очень похожи… – и с каждой секундой в глазах Руслана просыпалось все больше понимания. – Подожди… те…

– Спасибо вам большое за все, мне пора, Дамир ждет, вы же знаете… – выдернув руку, Амина пошла прочь. Сердце билось бешено. Нельзя игнорировать интуицию. Нельзя ехать на сомнительные встречи. Нельзя не убить за это все Дамира. Просто нельзя…

– Увидимся, – больше попыток подойти к ней и договорить Руслан не предпринимал, да это было и не нужно. Все, что нужно было, он уже понял или поймет со временем, а дальше уж как сам посчитает нужным – просветит друга или промолчит.

Большую часть дороги до клуба Амина с Дамиром вновь ехали молча.

Мир пытался заговорить, но Амина беседу не поддерживала, поэтому та быстро затухала.

– Как тебе они?

– Нормально…

Тишина.

– Почему с Русланом задержались?

– Искал свою визитку…

– Так у меня есть телефон, я бы все равно дал…

– Спасибо… Мы все нашли…

Тишина.

– Не расстраивайся, они ничего особенного не говорили…

– Я знаю.

– Ты знаешь азербайджанский?

– Да.

– Откуда?

Молчаливый взгляд и тишина.

Пришла в себя Амина уже совсем рядом с Бабочкой.

– Когда они выступают?

– В июне.

– А до этого?

– Завтра улетают в Баку, дальше будем по почте вопросы решать.

– Хорошо…

– Почему хорошо? – Мир вел себя так, будто чувствовал свою вину за что-то, но не мог понять – в чем дело. Но и Амина перед посторонним человеком, практически врагом, душу открывать не спешила.

– По кочану.

Девушка вышла из остановившейся машины, направилась в сторону клуба.

В конце концов, ничего крамольного не случилось. Руслан мог ее и не узнать, а все эти «понимающие» взгляды – следствие того, что она сама себя накрутила. А даже если узнал, что дальше? Их истории больше десяти лет. Все герои давно пережили и прожили. И новость об этой нежданной встрече – не новость вовсе.

Она зашла в здание, даже не обратив внимания на то, что Мир все это время сидел в машине, внимательно следя за тем, как она приближается к двери. Взгляд его был суровым. Брови собраны на переносице, руки сжаты на руле.

Амина угадала – он чувствовал себя странно. Понял, что произошло что-то важное для нее, но бесился от того, что объясняться она не спешила. Почему вдруг для него было так важно все выяснить – Мир не рефлексировал, но выяснить все себе пообещал…

***

Ночное шоу прошло хорошо.

Настолько, что Амина сумела очистить мысли, загнать до полусмерти тело. Ей нравилось это состояние – крайней усталости, когда настолько хочется попасть в душ, а потом лечь, что на самокопания времени уже не остается. Сегодня было так же. В гримерную она возвращалась сама – девочки остались за кулисами.

Где-то там, в зале, еще громыхала музыка, а в коридорах было довольно тихо. Первым делом Амина направилась в душ, оттуда в свой кабинет, переодеваться, заказала такси.

Уже перед выходом черт ее дернул зайти в общую гримерную – попрощаться с девочками.

Вот только встретил ее не щебет бабочек, а смачное чваканье в темноте…

– Вкусно? – несколько минут Амина тихо стояла в дверном проеме, с каким-то нереальным самодовольствием следя за тем, как Мир втихомолку уплетает ее долму.

Хотя, по правде сказать, он не особо-то и прятался. Сидел с кастрюлей на одном из диванов – спиной ко входу, достал где-то вилку, рядом стояла упаковка сметаны – наверно, стыренная на кухне. Мужик ел аккуратно, но с аппетитом. Аж струна в душе какая-то будто натянулась. Видимо, инстинкт материнский или еще какой-то чисто женский – мужик должен быть сыт. Если сыт – значит доволен. Если доволен – сам нервы никому не делает, зато ты ему можешь их делать сколько угодно, его не прошибить…

– Очень, – услышав ее вопрос, Мир не дернулся, не подпрыгнул, будто и не удивился. Полил еще один конвертик сметаной, отправил в рот…

– По бороде течет…

– Ты не видишь, тут темно.

– А при свете почему не ешь? Стыдно?

– Нет, без света вкуснее – как в детстве, когда мама запрещала ночами шоколад топтать, а мы с Наиркой лазали по полкам, находили и объедались.